Шельф России: Кому так нужно его осваивать?
estflag

Шельф России: Кому так нужно его осваивать?

Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 

alt

Арктический шельф России имеет огромный ресурсный потенциал

Â«К 35-му году наша добыча на суше в традиционных регионах может быть существенно меньше, чем текущий уровень. То есть разные оценки показывают потенциал падения от 50 до 100 млн тонн в зависимости от того, к какому году берем, в зависимости от того, будем ли мы принимать фискальные меры для ее поддержания. И это значит, что шельф станет фактически на замену наших традиционных регионов», — Павел Сорокин, заместитель Министра энергетики Российской Федерации.

Â«В чем уникальность нашего шельфа и почему инвесторы могут сюда прийти, если мы создадим более или менее благоприятные условия ? Это, на самом деле, наличие ресурсного потенциала, которого в мире становится все меньше и меньше. Арктика и шельф привлекательны именно наличием ресурсного потенциала», — Андрей Патрушев, член правления, заместитель генерального директора по развитию шельфовых проектов ПАО Â«Газпром нефть».

«Сейчас на шельфе у нас выдано 79 лицензий, из них “Роснефти” принадлежит 31, “Газпрому” — 29, почти столько же “Газпромнефть” — 5, и прочие недропользователи — 14. С 2012 года 46 лицензий было выдано, в первую очерель, госкомпаниям. По проведенным работам с 12-го года в Арктике поставлены на баланс три месторождения. Это известная всем “Победа”, это “Центрально-Ольгинская” и “Северо-Обская”. И, соответственно, прирост с 12-го года по текущий момент составил по нефти 210 млн тонн, 670 млрд кубов газа и 16 млн тонн конденсата», — Денис Храмов, первый заместитель Министра природных ресурсов и экологии Российской Федерации.

alt

ПРОБЛЕМЫ

Недостаточная изученность шельфа

«Что касается степени изученности Она по-прежнему очень неравномерна. Из Арктики лучше всего изучено Баренцево море, и составляет это порядка полукилометра сейсмики на квадратный километр площади. Для Карского моря этот показатель уже в два раза меньше. Ну и самое малоизученное у нас — это Восточно-Сибирское море», — Денис Храмов, первый заместитель Министра природных ресурсов и экологии Российской Федерации.

Повышенные риски освоения шельфовых месторождений

Â«В последние годы компании-недропользователи регулярно обращались в органы государственной власти с инициативами по изменению лицензионных обязательств. Бизнесом это объяснялось неблагоприятным налоговым режимом, отсутствием доступа у бизнеса к целевому финансированию на строительство морской инфраструктуры, а также внешними факторами, связанными с санкциями и валютными колебаниями. В то же время мировые тенденции свидетельствуют о том, что начало реализации этих проектов в горизонте 2030-х годов может сделать проекты по добыче углеводородов на шельфе невостребованными на рынке», — Магомед Гехаев, советник генерального директора АНО Â«Агентство Дальнего Востока по привлечению инвестиций и поддержке экспорта».

«Тот, кто финансируется, например, в том же Мексиканском заливе или в Африке, если это западные страны, они получают деньги под 2-3%. Они могут выйти на биржу и получить тоже достаточно дешевый капитал там. Наши компании будут вынуждены в условиях финансовых ограничений мировых и в условиях наших фондироваться по 8-9%, если без поддержки государства. Это не работает. Проекты слишком долгосрочные, слишком высок риск для того, чтобы фондироваться под такие ставки», — Павел Сорокин, заместитель Министра энергетики Российской Федерации.

alt

РЕШЕНИЯ

Господдержка инвестиций в шельфовые проекты

Â«У нас инвесторы не готовы давать деньги на настолько рискованные проекты фактически под обещание, ну и под очень высокий риск. Поэтому нам нужны альтернативные инструменты. И здесь либо софинансирование, либо повышение коэффициентов вычета на геологоразведку К сожалению, чтобы завлечь инвесторов на неизведанную территорию, которая сейчас на текущий момент не является самой привлекательной с точки зрения инвесторов, для этого нужно давать какие-то “морковки”», — Павел Сорокин, заместитель Министра энергетики Российской Федерации.

«Не так давно были внесены изменения в Налоговый кодекс, в соответствии с которыми затраты на геологоразведку консолидируются с добычей, которая происходит на “Приразломной”, с коэффициентом 1,5. Соответственно, мы получаем стимулирование от государства в размере 30% от стоимости геологоразведки. Но механизм этот работает только на поисково-оценочные скважины. Первое, каким образом государство могло бы простимулировать нашу добычу, это распространение коэффициента 1,5 с консолидацией на весь периметр геологоразведочных работ Второе если мы посмотрим на опыт других стран, это Норвегия, Бразилия, Китай, другие страны, которые работают на шельфе, мы увидим, что государство помогает за счет предоставления льготного финансирования для обустройства месторождений и создания инфраструктуры. Для нас это является, наверное, самым главным фактором Следующий шаг, который можно было бы применить это применение четвертой категории сложности ко всем шельфовым проектам, которые находятся в Арктике», — Андрей Патрушев, член правления, заместитель генерального директора по развитию шельфовых проектов, ПАО Â«Газпром нефть».

«Для интенсификации работы на шельфе — три главных решения. Первое — это развитие конкуренции. Второе — это стимулы и преференции, которые мы даем для реализации проектов Мы исходим из того, что нужно менять налоговый режим для шельфовых проектов. В рамках той системы преференций, которую мы подготовили для Арктики, это учтено. Это распространение четвертой категории на весь арктический шельф и без лимитов по времени действия льгот И третья история это поддержка развития технологий. Мы исходим из того, что государство должно интенсивней и больше вкладывать средств в технологии, которые нужны для освоения шельфа и вообще для арктической зоны», — Александр Крутиков, заместитель Министра Российской Федерации по развитию Дальнего Востока и Арктики.

alt

Привлечение инвестиций в развитие региона

«Президент России доверил нам заниматься арктической зоной Российской Федерации, обозначив три цели, которые мы должны достичь. Первая цель — это повысить качество жизни в Арктике. 2,5 млн человек, наших граждан, проживает в таких весьма суровых условиях. Вторая цель — это собственно экономический подъем этих территорий. И третья цель — это значительное, в разы наращивание грузоперевозок по Северному морскому пути Единственный реальный способ выполнения этих целей один. Это привлечение как можно большего количества частных инвестиций в эти территории. Нет столько бюджетных денег, чтобы эти территории залить, тем самым подняв там уровень жизни. Частные инвестиции — это создание рабочих мест, это повышение количества качественных рабочих мест, увеличение собственной налоговой базы регионов», — Александр Крутиков, заместитель Министра Российской Федерации по развитию Дальнего Востока и Арктики.

Добавьтe Ваш комментарий

Ваше имя (псевдоним):
Заголовок:
Комментарий:

Анти-спам: выполните задание

Помощь проекту